Автор: Alex DeLarge
Фэндом: Shaman King
Пэйринг или персонажи: Хао/Анна
Рейтинг: NC-17
Жанры: Гет, Ангст, Психология, Даркфик, PWP
Предупреждения: Насилие, Underage
Размер: Мини, 7 страниц
Кол-во частей: 1
Статус: закончен
Описание:
- Что, мой братик всё ещё не понял какое сокровище ему досталось? Верная, как собака. Агрессивная, как собака. Смелая и безрассудная, как собака.

- Свои собачьи аналогии оставь для кого-то другого.

Примечания автора:
Разумеется, название придумано не мной. Исторически не сложились отношения с сильными названиями, а на слабые размениваться не хочу.

Светлые растрепанные волосы спадают примерно до середины спины обнаженной девушки, сидящей на берегу пересыхающего озера. Она что-то нашептывает про себя, прикрыв глаза. Я смотрю на неё, словно зачарованный и, не отдавая себе отчета, начинаю вспоминать изъяны её подросткового тела. Да, нескладная и угловатая. Да, невыносимая зануда и ханжа. Но что-то в ней есть, черт возьми! Что-то такое, что заставляет меня каждый раз вспоминать это асексуальное тело и рассматривать россыпь темных родинок на её ключицах. Почему я не окрикну её? Нет, не боюсь. Просто не хочу. Пока не пришло время.

Она чувствует мое присутствие, хотя физически не может увидеть меня. Конечно, никто не может увидеть что-то настолько древнее и яростное, если оно само не пожелает заявить о себе. Но Анна как-то недобро смотрит вглубь чащи - совсем не в то место, где я нахожусь. Я выдыхаю с облегчением, - просто показалось. Она не заметила меня. Или заметила, но не меня. В любом случае мое дикое предположение о невероятных способностях этой девчонки не сбылось. Ещё не родился кто-то, кто может сравниться силой с шаманом стихии.

Время пролетает незаметно. Абсолютное единение с природой. Почему-то несмотря на то, что девчонка сидит примерно в пятидесяти метрах от меня, я ощущаю её общество. Её общество разбавляет мое одиночество не первую ночь, но Анна пока не знает об этом. Или вообще не узнает? Что такое, по сути, смертный человек? Зачем снова брать на себя ответственность за чью-то душу, которая вот-вот готова раствориться в небытие, стать частью вселенной? Она так похожа на мою мать, но совершенно другая. Мама была сильной, но нежной. Анна же властная, яростная и немного истеричная. И слабая, пока слабая.

- Хао, я знаю, что ты здесь. Зачем ты пришел? Хочешь снова развязать бессмысленную войну? Не можешь дождаться турнира, чтобы уничтожить всех нас "законно"? - Её легкий окрик я распознаю без труда. Магия есть магия, а уж древнее колдовство осечек не знает. Все мои чувства обострены до предела - возможно, это побочный эффект экспериментов.

Я легко спрыгиваю с трехметрового булыжника, расположившегося неподалеку от песчаного пляжа. Нога предательски подворачивается - сколько раз мне нужно повторить про себя то, что совершенно нет нужды экспериментировать с каскадерскими трюками самостоятельно? Для всего есть дух огня. Но без него я могу потерять человечность. Как ни странно, этого я немного опасаюсь до сих пор. Что же, такова природа шамана - того, кто может прочувствовать жизнь до самого конца.

- Ты что-то почувствовала, Итако? Или просто я на секунду забыл о том, что ты можешь читать мысли?

- Нет нужды читать твои мысли, у тебя всё на лбу написано.

- И что же написано у меня на лбу, Анна? Что ты поняла такого, чего я не смог понять за две тысячи лет?

- Ты настолько отчаялся, что готов искать даже моей компании. Ты боишься, что этот турнир станет для тебя последним. Мы же в свою очередь боимся, что на этот раз "великий Хао" ошибается, а турнир закончится для тебя победой. Первой победой ознаменуется последний в истории турнир шаманов.

- Такие вещи кажутся невероятным открытием только в четырнадцать, Анна. Все мы отчаялись и все мы боимся, что этот турнир будет для нас последним. Но мне льстит то, что вы все боитесь меня.

- Зачем ты пришел? Хочешь сражаться? Но я ничего не могу против тебя. Решил избавиться от меня, чтобы нарушить баланс сил? Но ведь этого баланса никогда не существовало. Ты сильнее, хотя я никогда не скажу этого ребятам. Меня пугает неизбежность, но сейчас я не имею права заражать этой неизбежностью всех остальных.

- Если на то пошло, я бы не потревожил тебя, если бы ты сама меня не позвала. Тебе тоже не достает общества, Анна? Ты росла среди мудрых людей, тебе не место в том обществе, в которое ты загнала себя. Ещё не поздно изменить решение. Не поздно перейти на сторону тех, кто построит новый мир. Мир, наполненный мудростью и совершенством.

- Твоя мудрость - она выделила интонацией слово "твоя", - это твоя же слабость. Твое совершенство - это только то, что ты когда-то давно вбил себе в голову, Хао. Ты ничего не знаешь об этом мире, хотя наблюдаешь его две тысячи лет. Я не хотела бы остаться в живых в том Аду, который ты собираешься построить.

Мне не хотелось продолжать этот странный, абсолютно бессмысленный, диалог. Скоро завершится турнир, который расставит всё по своим местам. Категоричность Анны всегда немного раздражала меня, но в данный момент она почему-то даже задела самолюбие. Почему она так боится за тех, кто её окружает? Зачем ей барахтаться в луже с этими недоносками, когда я готов подарить ей целый океан? Женщины - странные существа. За многие века я так и не смог понять, что движет некоторыми из них. И всегда срывался, бросаясь в новый омут. Что может моя мудрость против огня, с которым мы слиты воедино?

Я резко подошел и опустился примерно в десяти сантиметрах от Анны. И в этом положении я значительно выше девочки. Нарушил личное пространство. Она немного смутилась, но мимолетная эмоция сменилась новым приступом ярости. Какой из неё шаман, если она не в состоянии контролировать свою ненависть? Хотя, кого я обманываю? Эта ненависть задевает меня даже сильнее, чем та категоричность, с которой она рассуждала о моем мире минуту назад. Женщины всегда любили меня, а эта, кажется, даже не хочет смотреть в мою сторону.

- Что, мой братик всё ещё не понял какое сокровище ему досталось? Верная, как собака. Агрессивная, как собака. Смелая и безрассудная, как собака.

- Свои собачьи аналогии оставь для кого-то другого.

- Тебя задевает сравнение с собакой? Зря. Это прекрасное животное. Совершенно искреннее, но немного раболепное. Тебе не кажется, что твоя страсть к Йо сыграла с тобой злую шутку? Ты - невольница ситуации, в которую загнала себя сама. Кто-то, кто понял тебя. Скажи, если бы я появился в твоей жизни раньше, ты бы так же преданно отстаивала мои идеалы?

- А вот это уже не твое дело, черт возьми! Кто ты такой, чтобы рассуждать о Йо? Ты, который всю жизнь думал только о себе? Если бы не он, меня бы просто не было. Эти голоса сводили меня с ума. Мысли, потоки грязных человеческих мыслей.

- Так ты признаешь, что человек грязен, Анна? Чужие мысли снова донимают тебя, да? Твой дар когда-то был и моим проклятием. Но слияние с духом огня помогло мне навсегда оградиться от человечества. Люди изжили себя, они не стоят того, чтобы умирать ради них, Итако. Они не стоят даже того, чтобы жить ради них. Когда не будет людей - не будет и источника твоих страданий. Просто подумай о том, какие просторы откроются перед тобой, когда некому будет мучить тебя!

Отрешенность окончательно покинула холодное лицо девушки. Ярость, вспыхнувшая с новой силой, не позволила ей больше реально оценивать свое положение. Анна резко подалась вперед и больно стукнула меня по подбородку головой. Хорошая попытка, но совершенно не женственная. Привкус металла во рту оповестил о том, что язык будет болеть ещё несколько дней - хуже такой травмы только бумажные порезы. Девчонка надеется, что я не обращу внимания на женские капризы? Или она намеренно ищет смерти?

Рефлексы - вещь странная, не поддающаяся никакому контролю. Я наношу легкий рубящий удар в живот и в прямом смысле укладываю девушку на лопатки. Её лицо снова не выражает совершенно ничего, хотя другую четырнадцатилетнюю дамочку такая двусмысленная ситуация бы смутила до ужаса. Анна рассматривает мое лицо и болезненно морщится, - знакомые черты, знакомая улыбка. Ей страшно от нашего с братом сходства и мне даже не нужно читать её мысли для того, чтобы это понять. Она боится меня из-за того, что я так похож на Йо, а не из-за того, что я могу уничтожить её за долю секунды.

- И что ты делаешь, Хао? Пытаешься убить меня голыми руками, не прибегая к помощи Духа Огня? Странная прихоть для шамана, но я не против. Мне не подойдет твой мир, а в этом я находиться больше не желаю. Ты прав. Люди - мерзкие создания, грязные и отвратительные существа. Но я не вижу в себе силы и права судить их. Они заслуживают жизни, а их мысли - их личное дело. Чего я ожидала, закрадываясь тенью в каждую душу? Того, что везде будут благоухать полевые цветы? Давай, прикончи меня сейчас. Всё равно по окончанию турнира тебе бы пришлось это сделать.

- Кто ты такая, чтобы решать за меня, что делать? Итако, ты явно переоцениваешь себя. Мне ничего не стоит свернуть тебе шею сейчас, но какой в этом смысл? Возможно, что завтра твое настроение кардинально изменится и ты прибежишь ко мне с поклоном. В конце-концов, какая разница какому из братьев подарить собственную душу? Мы ведь так похожи с Йо, а он просто не успеет вырасти до того, как битва для него закончится. Он так никогда и не поймет, что ты его любила. Пусть извращенно и по-своему, но любила. И свои чувства к тебе он продемонстрировать не успеет, даже не надейся. Мой брат - глупый юнец, который абсолютно не верит в себя. В тебя он, кстати, тоже не верит.

- Твои слова не имеют никакого смысла. Если моя страсть иррациональна, то твоя - бесконтрольна. Вот и сейчас ты пытаешься доказать мне, что вы похожи. Зачем? Ты ведь лучше, чем Йо. По всем статьям: сильнее, мудрее, возвышеннее. Ты веришь в себя, а он нет. Ты хочешь доказать мне свое сходство с тем, кого ты презираешь. Но от этого я не стану меньше любить его. Из чувства благодарности? Возможно, но это, опять же, не твое дело. Хватит пытаться, Хао. Просто сделай то, что должен. Мне не хочется продолжать.

Я не нахожу ничего лучше, чем просто начать её целовать. Невыносимо слушать этот поток мыслей, которые кажутся маленькой девочке чем-то невероятно важным, самым правильным. Она сопротивляется очень вяло, но я намного сильнее физически. Ещё немного и мне захочется оторваться от этого странного, но даже по-своему очаровательного занятия, и выдать тираду в стиле "Сейчас я соберу волосы, а ты представь, что это Йо", но я сдерживаюсь. Зачем в очередной раз мучить её? Да и для тирады всё-таки придется прекратить целовать её красивые, четкие ключицы.

Ощущение превосходства для меня не в новинку, однако поразительная покорность Анны немного выводит из равновесия, заставляет экспериментировать. Подождем момента, когда девушка потеряет самоконтроль снова. Может быть в этот раз я не отделаюсь только небольшой кровоточащей ранкой? Хватаю девушку за руку и провожу самым кончиком языка по изящным детским пальчикам. Она содрогается: то ли от отвращения, то ли от незнакомого ей чувства возбуждения. Девочка выросла, а братишка и не заметил.

Кончиками пальцев свободной руки провожу от её бесстыдных ключиц (Боже, вот что всегда сводило меня с ума в девушках!) до низа живота. Тело девушки откликается на прикосновения, упрямо не желая подчиняться искалеченному разуму хозяйки. Отдыхать голышом на пляже бывает опасно. Даже если в этих местах по ночам никого не бывает. Снова вдавливаю руки Анны в песок, от чего она немного морщится - мельчайшие камешки и обломки ракушек впиваются в запястья, создавая в коже микроскопические трещины.

Она становится податливее. Или просто решила не сопротивляться, чтобы всё закончилось быстрее? А может всё ещё надеется на то, что мой нерадивый братик одумается и примчится на белом коне спасать даму сердца? Нет, вряд ли. Она пытается забыться. Или внушила себе, что это сон. Не имеет значения, ничто сейчас не имеет значения, кроме её податливого тела и четких ключиц. Я прекращаю рассматривать обнаженное тело девушки, в этом просто нет смысла - я столько раз видел её здесь, что даже подсчитать эти вечера не в состоянии.

Резко подаюсь вперед, чтобы снова соприкоснуться с ней взглядами. Анна потеряна, её хрупкий подростковый мирок вот-вот рухнет, уступив место бесконечному потоку эмоций. Я слишком резко отрываю её от пола, чтобы дать девушке возможность свободно вздохнуть - всё-таки тяжесть чужого тела для неё в новинку. Она инстинктивно цепляется за меня, боясь упасть, хотя падать некуда. Если бы нас увидел кто-то, не знакомый с турниром, он бы наверняка подумал, что на пляже решила развлечься парочка и мерзко хихикнул.

Анна всматривается в мое лицо напряженно. Милая девочка. Она действительно не может поверить, что я - не Йо. Мы чертовски похожи, а мне это только на руку. Я целую Анну в губы несколько раз подряд, а она всё ещё не понимает, что я - не он. Детские игры, детские переживания - что может быть трогательнее и сексуальнее? Мои руки путаются в длинных светлых волосах, а Анна, окончательно потерявшись в своих переживаниях, сама не замечает, как начинает отвечать на мои поцелуи. Она не умеет целоваться, но очень старается. Хорошая девочка, послушная ученица.

Ещё немного и она начнет задыхаться. Неопытность и волнение делают свое дело. Ещё через пару секунд до неё дойдет, что я - не Йо. Вот, я же говорил. Она уже пытается оттолкнуть меня, но получается очень плохо. Как-то ненатурально, я бы даже сказал. Не обращаю никакого внимания на её попытки высвободиться. Я никогда не бросаю то, что начал. Освобождаю одну руку, а другой прижимаю девушку к себе, снова затрудняя её дыхание. Начинаю гладить худые, угловатые бедра. Торопиться некуда, ночь закончится не скоро.

- Анна, Йо не придет. Хватит строить воздушные замки и жить надеждами. Когда-нибудь ты скажешь мне спасибо за то, что я разрушил твои фантазии. Если захочешь пережить этот турнир, разумеется.

Ответить она не может - волнение, перехваченное дыхание и непередаваемое негодование лишают её возможности говорить. Анна просто хватает ртом воздух, а я уже деловитыми движениями шарю по её изможденному постоянными тренировками телу. Что ей дали эти бесконечные занятия, кроме невыносимой усталости и чувства обреченности? Женщина должна быть сильной, но её сила не предназначена для боя. Мои пальцы прохаживаются где-то в районе её груди, которая только-только начала формироваться. Да, пятого размера мы вряд ли дождемся, но надежда на что-то больше "нуля" есть.

- Анна, мне нужно снять рубашку. Неприлично быть одетым в обществе раздетой дамы. Ты не станешь снова таранить меня лбом?

Вместо ответа она едва заметно кивает. То ли понимает, что вопли и новые атаки всё равно не помогут, то ли снова витает где-то в мечтах о моем братце. Признаться, я немного удивляюсь, когда она заплетающимися пальцами помогает мне избавиться от одежды - наверно, прочитала в книжке о том, что это сексуально. Хотя это скорее забавно: девственница, пытающаяся проявить самостоятельность. Каждая девочка хочет выглядеть в свой первый раз невероятно опытной и крутой. Им кажется, что невинность не стоит и ломанного гроша. Страшный мир, подмявший под себя даже эту девочку.

Я мягко отстраняю её руки - мне не хочется прерывать наваждение юности, однако самостоятельно я справлюсь быстрее. Анна смотрит на меня страшными глазами, не совсем понимая почему я не отреагировал на её "опытность" с одобрением. Я легонько провожу большим пальцем по губам девушки, давая понять, что всё в порядке. Можно было бы, конечно, пуститься в пространные объяснения, но упускать момент не хочется. Она не станет сопротивляться сейчас, но когда наваждение схлынет, сто раз пожалеет о своей слабости.

Осторожно, но настойчиво, давлю ладонью на плоский девичий животик, предлагая прилечь. Она хочет спросить будет ли больно, но из упрямства продолжает молча сверлить меня взглядом. Странная девочка, но только такая и могла привлечь мое внимание. В этом мире теперь странными считаются только те, кто готов проявить покорность в моменты, когда покорность проявить хочется. Она мягко опускается на спину, а я даже с некоторым трепетом провожу языком по её обнаженному животу. Анна снова содрогается, не осознавая, что предлагает себя уже мне, а не Йо.

Мое дыхание, видимо, слишком горячее, поэтому девушка странно всхлипывает, когда я приближаюсь к её промежности и начинаю спокойно пробираться языком внутрь. Ей всё ещё немного страшно, но скоро один инстинкт схлынет, а на замену придет другой. Мне неоднократно приходилось быть с женщиной и это искусство я освоил ничуть не хуже, чем искусство убивать. Движения моего языка вводят её в состояние некоего сексуального транса, а девочка неосознанно подается вперед, всхлипывая ещё громче.

Тело покрывается мелкими бисеринками пота, а моё собственное возбуждение, наконец, перебарывает любопытство первооткрывателя. Я подбираюсь к её маленькой, несформировавшейся груди, и прикусываю нежные девичьи соски, затвердевшие от ласк и возбуждения. Мне хочется, чтобы гордая Анна попросила сама, однако физиология есть физиология и я сам просто не смогу дождаться этого момента. Если она не расслабится, то слез будет много, а после я услышу о себе всё то, что маленькие девочки любят говорить в момент, когда "после" наступает.

Снова не рассчитываю силы и слишком резко закидываю её ноги себе за спину. Девушка пугается и пытается вырваться, но через секунду я обхватываю её спину и прошу расслабиться. Мне снова хочется предложить ей представить себе Йо, но глушу в себе проснувшееся чувство юмора и даже какой-то необычный росток ревности. Мне приходится сделать это максимально резко - для её же блага, иначе ничего не получится, а девочка уйдет не просто ненавидя меня, но ещё и расстроенной от того, что ничего толком не произошло.

Анна закусывает губу, чтобы не расплакаться, но предательские слезы всё равно скапливаются во внутренних уголках глаз. Я глажу её по голове, предлагая минутную передышку. Девочке нужно привыкнуть к состоянию заполненности, а боль - проходящее, как и всё в этом мире. Она не выдерживает и тихонько стонет, кажется прося меня остановится. Не перестаю гладить её волосы, а другой рукой обхватываю за талию. Чтобы не разреветься в голос, она ищет мои губы, и мы снова начинаем целоваться - на этот раз как-то более страстно, возможно из-за выброса адреналина в её теле.

Осторожными движениями я предлагаю ей двигаться самостоятельно, боясь причинить девушке ещё больше неудобств. Она отказывается, поэтому мне приходится снова мягко надавить на её плечи, чтобы Анна просто откинулась назад и расслабилась. Покорность - прекрасное качество, и девушка выполняет мое немое "требование". Я двигаюсь в ней крайне осторожно, пока могу сдерживаться. Она тихонько постанывает сквозь зубы: боль смешивается с незнакомыми ощущениями тепла и нарастающего удовольствия внутри.

Мои движения становятся немного рваными и резкими, а Анна вскрикивает во время очередного толчка от, вероятно, сильного приступа боли. Ей придется потерпеть совсем не долго, но я всё-таки снова стараюсь сдерживаться. Её бедра качаются в такт моему телу и я стараюсь думать о том, как эффектно смотрится белая кожа девушки при лунном свете, чтобы снова не потерять контроль над собой. Постепенно она снова полностью расслабляется и начинает всхлипывать - на этот раз точно от удовольствия, хоть и пытается это скрыть.

Анна сжимает пальцы на руках, загоняя себе под ногти новые порции морских ракушек и грязного песка. Это зрелище окончательно сводит меня с ума, и нескольких неосторожных, но уже не имеющих для неё значения движений, хватает, чтобы кончить. Нельзя оставлять девушку обиженной. Я протягиваю ей руку, помогая подняться. Она смотрит на меня иначе, хотя ненависти и злобы в этом взгляде не убавилось. Раздвигаю ноги Анны, приглашая присесть на мои. Пальцами пробираюсь к теплой и мокрой девичьей промежности и аккуратно ласкаю девушку, позволяя ей кончить.

Короткие судороги - естественная реакция. Всё тело Анны мокрое от пота. Можно подумать, что она только что искупалась, но забыла дома полотенце и решила обсохнуть. Это состояние продлится от силы минуту, может две. Но сейчас для неё не существует ни Йо, ни команды придурков, ни турнира. Сейчас она полностью принадлежит мне и, признаться, я готов пожертвовать многим, чтобы она больше никогда не считала иначе. Но никакая беззащитность не может длиться вечно, особенно когда перед тобой подросток-Итако с непростым нравом.

В следующую секунду девушка делает то, что должна - отвешивает мне звонкую и, нужно отметить, весьма болезненную пощечину.

- Что, дошло наконец, что я немного не тот, кого ты себе представляла по ночам в этой роли? Впрочем, разница действительно несущественна. Можешь считать, что твои сокровенные фантазии сегодня стали реальностью.

Девушка идет к озеру, не оборачиваясь. Только перед входом в воду она резко останавливается и долго вглядывается в идеально гладкую водную поверхность. Хороший выбор. Вода - единственное, что может остановить испепеляющий жар огня. Но вода не сможет защитить ту, кому уготована судьба ветра. Судьба стихии, питающей огонь. Судьба стихии, которую огонь безжалостно пожирает. Она поворачивается легко и непринужденно - как воздух, словно угадывая или, быть может, даже читая мои мысли.

- Так зачем ты приходил, Хао? За этим? Получил - убирайся. Водные процедуры я предпочитаю принимать в одиночестве, а романтическое купание под луной не входит в мои планы.